ИГОРЬ
ЧУРДАЛЁВ

Две темноты – внутри меня и вне...

Опять соблазны разметала полночь...

…и все же о вечном, о вечном...

На земле века – суета сует. Над землей века – пустота пустот,

Спасибо ящик-телевизор, наперсник скуки и хандры!

Мне пояснил отечественный йог...

Крыша поехала! К ужасу моему скоро и стенам этим идти на слом…

Пришла пора для похорон старья...

Предки мои забивали друг друга на основаниях разнообразных...

Я от рождения левша. Наклонена во мне душа.

Если важные вельможи возведут горе глаза...

По дороге в Севилью...

Прости меня. Моя вина – огромна.

Средь античного хлама электрический ритм.

Там, где начинается спуск в долину егерь покойный врыл скамью.

Лесник-адыгеец: и кроме него не встретил в пути никого я.

Печалью ни одной не омрачив чело, средь родственных светил витал себе в тумане.

Моя милая физик в платьице цвета млечного серебра...

Крещеному гарью в кирпичной купели...

О, горечь запоздалого причастья, отрава света, знания несчастье...

Нет, это не лирический герой, а лично я – из плоти, крови, мысли...

Невозможно, чтоб не было эха –просто голосу надо лететь...

Мы зло противились судьбе. Она нас намертво вязала.

Не все ли равно на каком полустанке, отвергнув транзитную страсть маркитантки...